Как противостоять информационной агрессии: опыт Украины

22.03.2020 Выкл. Автор Redaktor
Как противостоять информационной агрессии: опыт Украины

Основные цели агрессии РФ в Украине: внешнеполитический аспект

  1. Демонстрация силы и готовности к военным и силовым методам защиты своих интересов в зоне стратегического влияния (все постсоветское пространство).

Аннексия Крыма

Создание локального военного конфликта на Донбассе

Военная операция в Сирии

  1. Снижение влияние стран Евросоюза на постсоветском пространстве.

Угроза странам Балтии с целью демонстрации кризиса европейской системы безопасности.

Формирование недоверия между странами «старыми» и «новыми» членами НАТО.

Демонстрация невозможности НАТО выступить гарантом безопасности в Европе без участия РФ

  1. Дефрагментация ЕС. Принуждение лидеров стран ЕС к двустороннему диалогу с РФ, как гарантом стабильности в Европе. Формирование новой системы безопасности в Европе.

Расчленение ЕС на страны «вассалы» и «сюзерены». Снижение роли Великобритании в урегулировании кризиса, как элемент ослабления единства ЕС

Дестабилизация ситуации внутри ключевых стран ЕС с целью смены приоритетов от внешних угрозы РФ к решению внутренних конфликтов

 

Информационная агрессия РФ: цели и направления сегодня

ЦЕЛИ:

  1. Таргетирование базовых принципов международного права: Доверие-Взаимное уважение-Права человека как основа демократии
  2. Создание невротического эмоционального фона. Постоянное повышение тревожности и неопределенности. Распостранение симптомов биполярного расстройства в обществе. Нагнетание страхов и создание фобий. Снижение критичности восприятия информации
  3. Формирование критической и контрверсийной модели отношений ВЛАСТЬ-ОБШЕСТВО. Демонстрация неспособности властей ЕС обеспечить безопасность граждан. Демонстрация нарушения властями базовых демократических принципов на фоне усиления мер безопасности (свобода слова, свобода политических взглядов, свобода вероисповеданий). Запугивание и шантаж правительств и политических лидеров стран ЕС

 

Информационная агрессия РФ: основные объекты атаки

  1. Политические лидеры. Репутация-Доверие
  2. Государственные институты. Дегуманизация силовых ведомств, спецслужб и армейского командования
  3. Система международного права. Полное пренебрежение и безнаказанное нарушение РФ всех норм международного права и гуманитарных правил в зонах боевых действий.
  4. Система международной безопасности. Демонстрация недееспособности международных институций в разрешении конфликтных ситуаций.

 

Таргетирование этих объектов создает необходимое «внутринациональное проблемное поле» и социально-психологический фон для продвижения прокремлевских политических сил. С другой стороны, это позволяет актуализировать выгодную для РФ международную повестку.

Информационная агрессия РФ: силы и средства

Институциональная и инструментальная структура информационного поля с точки зрения военной терминологии:

Средства поражения: Информационные сообщения, события, художественная литература, кино-аудио-визуальные продукты (картины, плакаты, муралы, клипы, песни и пр.).

Средства доставки: СМИ, социальные сети, коммуникационные площадки (круглые столы, семинары и т.п.), рекламные и PR-агентства, лоббисткие группы.

Акторы: Лидеры общественного мнения (активисты гражданских организаций, профсоюзов, отраслевых ассоциаций и т.п.), политические деятели (лидеры и активисты парламентских политических партий и движений), официальные лица (чиновники), журналисты, блогеры, сетевые активисты и т.п.

 

Информационная агрессия РФ: выявление и противодействие

Основные маркеры реализации ИПСО в информационном пространстве:

  1. Резкий рост деструктивного контента (криминал, коррупция, суицид, конфликты). Определяется по результатам мониторинга: количество сюжетов, количество просмотров, для электронных СМИ увеличение количества просмотров, репостов, увеличение скорости распространения контента.
  2. Локализация участников событий и контрсистемный характер сюжетов. Исходя из целей ИПСО, обозначенных выше, из сюжетов и сообщений исключается позиция профильных государственных или международных институций, что создает ощущения беспомощности человека и бездействия системы. Отделения народа от правящего режима. Как делает это российская пропаганда, заявляя, что они уважают украинский братский народ, но власть в Украине захватила «хунта», «нацисты/националисты».
  3. Эмоциональный характер контента. Сюжеты стимулируют эмоциональные, а не логические реакции на события.
  4. Ориентация контента на конкретные целевые группы (национальные, политические, географические, возрастные и т.п.).

 

Основные проблемы организации противодействия:

  1. Скорость создания и распространения деструктивного контента, не соизмерима со скоростью реагирования. Суть проблемы в противоречиях между скоростями и объемами производства деструктивного контента и оперативностью реагирования на него. Пример: статистика в сети, количества роликов с преступлениями в сравнении с профилактикой и наказанием? В частности по событиям «казни заложников» и «наказание террористов»
  2. Сращивание государственной системы и политического режима. В этих условиях информационные атаки на государственные институции маскируются под политическую борьбу, что усложняет их выявление.
  3. Экстерриториальность угрозы. Акторами и производителями деструктивного контента могут выступать граждане любой страны как осмысленные «агенты влияния», так и просто «полезные идиоты».
  4. Политкорректность.Проблема политкорректности заключается в необходимости искажать реальность в угоду политической целесообразности.Так неспособность политических лидеров артикулировать российскую угрозу, фактически открыло информационное пространство ЕС для деструктивного российского контента. В итоге сегодня все участники «Нормандского формата» для своих избирателей оказались либо «марионетками Вашингтона», либо «милитаристами двигающими мир к войне, стимулируя и поощряя к агрессии против РФ украинскую хунту». В этих условиях Россия превратилась в фактор внутриполитической повестки на выборах США и всех стран Европы.

 

Основные цели противодействия:

  1. Укрепление доверия к государственным и международным институциям.
  2. Повышение уровня информированности граждан о информационной агрессии ее целях и влиянии, структуре и организации.
  3. Формирование критичного подхода к информации и социальных установок, обеспечивающих психологическую устойчивость граждан к влиянию деструктивного контента
  4. Вовлечение больших масс людей в производство и продвижение «конструктивного» контента
  5. Сформировать систему активного воздействия на основных акторов и ограничения их возможностей, участия в продвижении деструктивного контента.

 

Основные формы и методы противодействия:

  1. Бойкотирование экспертным сообществом и официальными спикерами (политики, чиновники) медиаплощадок противника с целью деактуализации контента.
  2. Формирование базы данных ключевых акторов противника, блокирование их присутствия на коммуникационных площадках (круглые столы, форумы, семинары и пр.).
  3. Стигматизация «агентов влияния», «полезных идиотов» и других акторов профессиональным сообществом.
  4. Формирование организаций и центров противодействия информационной агрессии, способных четко артикулировать актуальные угрозы внешнего информационного влияния и обозначать акторов, на основе проверок и данных спецслужб.
  5. Дипломатические санкции для акторов (запрет на въезд в страну).

 

Информационная агрессия РФ: Украинский опыт противодействия

Система противодействия выстраивается в нескольких горизонтах (личностном, информационном, внутренней безопасности, дипломатическом) и представлять собой набор «санкций» и действий по отношению к акторам, активно продвигающим в информационном пространстве «деструктивный контент».

Исходя из того, что главным условием для формирования доверия к спикеру или ресурсу является максимальная открытость автора, мы получаем возможность информационных, правовых и дипломатических средств воздействия на ключевых фигурантов, не перенося частные истории в политический горизонт. Другими словами, информационные атаки и персональные санкции (запрет на въезд в страну, профилактические беседы с органами правопорядка) против акторов, оставляют возможности для диалога официальных лиц государства, но работают на снижение активности потенциальных и действующих акторов противника.

 

Личностный горизонт:

Вся система построена на самоограничениях фигурантов, после санкций на их действия и самостоятельное продвижении информации о санкциях за продвижение деструктивного контента.

Основные санкции:

– Стигматизация акторов в интернетсетях и в информационных ресурсах.

– Профилактические беседы органов безопасности с акторами.

– Запрет на въезд в Украину и страны союзники за ведение пропаганды, несущей угрозу национальной безопасности.

 

Ключевые цели:

Максимально деперсонифицировать контент и информацию актора, что подорвет доверие к нему и его информации в дальнейшем.

Заставить медиа-менеджмент скорректировать информационную политику в отношении Украины и стран союзников.

 

Информационный горизонт:

Цель:

Сформировать критический порог контента противника, а также зафиксировать санкционную политику со стороны общественного мнения за ретрансляцию и продвижение контента противника.

 

Задачи:

– Спровоцировать представителей экспертного пула противника пойти на диалог и выработку правил формирования контента. Навязать им собственную рамку информационной политики.

– Спровоцировать активность посольства и официальных структур по урегулированию кризиса в информационном пространстве. Подключить к «экспертному диалогу» официальные структуры как гарантов соблюдения рамочных договоренностей в информационной политике

  1. Маргинализация акторов. Максимальная их привязка к российским токсичным проектам.
  2. Блокирование возможности формирования эффективных сетевых медиа-ресурсов с участием украинского экспертного пула.
  3. Профилактика появления новых материалов и медиа-ресурсов с иностранным финансированием и антиукраинским контентом.

Задачи:

– Вывести из равновесия «агентов влияния» и «полезных идиотов», заставить их изменить систему оценочных суждений и модальность риторики.

– Парализовать активность коллаборантов в создании медиа-ресурсов, аффилированных с кремлевской системой пропагандистских медиа.

  1. Проведение профилактических бесед СБУ с украинскими «полезными идиотами» проявившимися на этих ресурсах.
  2. Доведение через спецслужбы до украинских медиа-менеджеров «опасность» взаимодействия, продвижения или участия в создании медиа-ресурсов, с участием агентов влияния, аффилированных с Кремлем.

 

Горизонт внешней безопасности:

Цель:

Локализовать активность экспертного пула противника на территориях России и ее союзников.

Задачи:

– Актуализировать проблему для спецслужб украинских союзников (Балтия, Молдова, Грузия, Великобритания, США и пр.)

– Договориться о координации действий по блокированию их участия в работе коммуникационных площадок наших союзников.

– Профилактика участия украинских потенциальных «полезных идиотов» в совместных мероприятиях с акторами.

  1. Определить 1-3-х акторов для образцово-показательных санкций.

 

Дипломатический горизонт:

Цель внешняя:

Продемонстрировать зарубежной аудитории и потенциальным агентам влияния готовность Украины и союзников защищать свое информационное пространство для потенциальных акторов информационной агрессии.

Цель внутренняя:

Профилактика нежелательных внешних контактов с потенциальными агентами влияния.

 

Украинские кейсы: Деактуализация российского контента

  1. Ограничение присутствия российских СМИ в Украине.

Позволяет ограничить доступ деструктивного контента к широким целевым аудиториям и снизить его влияние на социально-психологическое состояние населения.

  1. Бойкот украинским экспертным пулом российских медиа ресурсов и дискуссионных площадок. Пропагандистская токсичность российских СМИ для украинских экспертов резко ограничила количество актуального для украинцев контента, а агрессивная пропагандистская позиция российских СМИ, позволяет:

– Вынести информационную повестку российских СМИ за рамки актуальности в Украине.

– Локализовать актуальность контента в рамках географических границ РФ.

– Ограничить целевую аудиторию российских СМИ в Украине узкой группой людей, априори лояльной к «русскому миру», экономически и социально пассивного населения.

В своей совокупности деактуализация контента обнажила агрессивный пропагандисткий характер информационной политики российских медиа и снизило уровень доверия к российским источникам до статистических погрешностей.

 

Украинские кейсы: политическая токсичность и стигматизация Савченко

Возвращение Савченко как информационно-психологическая операция.

На протяжении всего заключения и суда над Савченко она была топ-новостью для Украины и всего мира. СМИ целенаправленно делали из нее героя, нагоняя ей узнаваемость и те качества политиков, на которые был спрос в Украине в 2014г.

Внимание экспертов привлек вопрос, почему именно Савченко? Почему не Солошенко, не Афанасьев, не Кольченко или Сенцов, аресты которых были «похищениями» в чистом виде, и с точки зрения нарушения прав человека и обвинений более вопиющими?

Ответ мы нашли, когда подняли ее историю и сформировали психологический портрет Савченко: она эмоциональна, психически не устойчива, склонна к эпатажу. Военное прошлое наделяет необходимыми компетенциями, а добровольческий опыт и пережитый плен дает ей право говорить о «мире любыми методами». При этом она достаточно «проста», чтобы говорить с простыми людьми из мелких городов и сел на их языке.

Официальный статус делает ее идеальным актором для создания и распространения деструктивного контента.

Таким образом, мы смогли увидеть целый ряд признаков по инфильтрации «агента влияния» в политическую систему страны, с целью влияния и манипулирования социально-психическими установками населения.

 

Главные бонусы Кремля:

  1. Кремль получил «агента влияния» официальное лицо (законно избранного народного депутата, способного доносить и навязывать представителей различных по уровню и весу целевых аудиторий от депутатов ПАСЕ и национальных чиновников высшего ранга до обывателей кремлевские тезисы и позиции. Недостаточность компетенций и эмоциональная нестабильность в данном случае определяют деструктивность ее действий.
  2. Официальный статус для акторов кремлевской пропаганды, открывает доступ к западным СМИ с минимальной критичностью оценки продвигаемой ими информации. Среди таких, российских официальных информационно-пропагандистких триггеров можно обозначить фигуры типа Рогозина или Сергея Маркова.

Основная проблема противодействия подобным операциям – это невозможность действовать в политической плоскости в рамках контрразведывательных протоколов. Ведь в силу аффелированности акторов с официальными органами власти и политическим организациями мы сталкиваемся с проблемой нарушения демократических свобод.

Единственным способом решения этой проблемы оказалась блокада действий актора ключевыми политическими фигурантами, консолидация экспертного сообщества в позиционировании Савченко как «агента влияния». Жестко очерченные и артикулированные в экспертной среде политические цели и задачи агрессии РФ в Украине позволили фактически создать систему маркирования субъектов политики «свой-чужой», что значительно сужает возможности влияния подобных ИПСО на социальные системы государства.

Однако все эти действия требуют согласованной позиции всех субъектов и признания агрессивного влияния на основные системы государства со стороны противника.