Операции влияния Кремля: выработка механизмов противодействия для стран Восточного партнерства

02.07.2020 Выкл. Автор Redaktor
Операции влияния Кремля: выработка механизмов противодействия для стран Восточного партнерства

Дезинформационные операции Кремля представляют прямую угрозу для демократий, как для тех, которые формируются, так и для устоявшихся. Они направлены на подрыв стабильности нашего общества и манипулирования нашими взглядами и выбором. Стратегическая цель этих кампаний – ослабить и дестабилизировать государства, на которые направлено деструктивное влияние. В большинстве случаев эти операции реализуются по стандартным сценариям.

ТАКТИКА ИНФОРМАЦИОННЫХ ОПЕРАЦИЙ

Как тоталитарное государство, Россия всегда тщательно подходила к планированию и проведению кампаний по информационному воздействию и дезинформации относительно стран-соседей. Их тактика оттачивалась еще советскими спецслужбами. The New York Times в материале «Семь заповедей дезинформации» выделяет следующие этапы.

Правило 1. Найдите слабые места

Ищите слабые места в обществе, на которое хотите повлиять, любые социальные различия, которые можно использовать – экономические, региональные, языковые. Ищите способы подчеркнуть и усилить эти различия, заставив людей потерять доверие друг к другу.

Правило 2. Большая ложь

Создайте большую, откровенную ложь. Что-то настолько возмутительное, чтобы никто не мог поверить, что это вообще может быть выдумкой.

Правило 3. Частица правды

Добавьте в эту ложь частицу правды. Пропаганда наиболее эффективна, когда в ней есть доля правды, тогда дезинформация воспринимается в целом.

Правило 4. Скройте свое участие

Спрячьте свое участие, придумайте другой источник. Когда люди начнут искать первоисточник, убедитесь, что они никогда не осознают, что за этим стоите вы.

Правило 5. Полезный идиот

Найдите полезных идиотов, людей, которые воспримут ваше сообщение и распространят его в вашей целевой группе.

Правило 6. Отрицайте все

Если ваши действия попытаются уличить, возражайте все, даже если правда очевидна. Это хорошо работает, потому что у нас короткая концентрация внимания, поэтому отрицание дает достаточно времени до наступления следующего цикла новостей.

Правило 7. Долгая игра

Будьте готовы играть в длинную игру и вкладывать ресурсы в то, что принесет плоды только через долгое время.

Теперь, зная, как создается информационная операция, мы можем лучше понять, как она воплощается.

ПРАКТИКА РЕАЛИЗАЦИИ В СТРАНАХ ВОСТОЧНОГО ПАРТНЕРСТВА

Инструменты, техники и методы, используемые Кремлем со временем становились все более гибкими, находчивыми, нацеленными на конкретные социальные группы.

Видимое изменение в подходе России к информационным операций состоялась в 2008 году, после вторжения в Грузию, когда Кремль осознал, что не обеспечил медиа сопровождения своей агрессии. С тех пор Россия занялась активной разработкой стратегии гибридной войны. Возможность продемонстрировать новые методы выпала Кремлю в 2014 году во время незаконной оккупации Крыма. С тех пор дезинформация, направленная на другие страны, стала основным внешнеполитическим инструментом Кремля.

Теперь сам термин «информационные операции» часто ассоциируется именно с деятельностью России. Москва считает страны Восточного партнерства зоной своего приоритетного влияния. Для усиления этого влияния на ближайших соседей Кремль применяет не «мягкую силу», а предпочитает шантажа – политическое давление, экономическая блокада, гибридная дезинформация и прямая военная интервенция, как это произошло в Украине. И конечно же под прицелом России находятся другие страны Восточного партнерства – прежде Беларусь, Молдова и Грузия. При этом как в Украине, так и в Беларуси активно используется российский капитал для получения контроля над региональными и общенациональными СМИ.

Это привело к тому, что благодаря стратегии гибридной агрессии Россия стала основным источником распространения дезинформации. При этом, чем ближе другие страны находятся к границам Российской Федерации, тем острее они ощущают угрозу, исходящую от Кремля, и необходимость в сотрудничестве для выработки механизмов противодействия.

Характерными чертами информационных операций России в регионе хаотизации информационного пространства, дискредитация правдивых сообщений с использованием большого количества различных каналов, через которые доносится или полуправда, или откровенная ложь. При этом российской пропагандой используется множество источников, многократное повторение и разнообразная аргументация.

Современная российская пропаганда оперативная, непрерывная и циклическая, она быстро реагирует на текущие события. В силу того, что российские СМИ не хотят освещать объективную реальность, им не нужно время для проверки фактов и подтверждения мыслей – они распространяют свою интерпретацию событий и фейковые новости.

Одновременно, именно те факторы, которые делают подобную модель пропаганды эффективной, затрудняют выработку механизмов противодействия. Большой объем нарративов и использования множества каналов для их трансляции обеспечивают устойчивость всей российской пропагандистской системы, если удается дискредитировать и заблокировать ее отдельные элементы. Кроме того, фабрикация фактов занимает гораздо меньше времени, чем их проверка.

Очень часто российские информационные операции сопровождаются демонстрацией военной силы и имеют стратегию ескалацийного доминирование (масштабные военные учения,

провокационные действия на границе, наступательные кибероперации, специальные диверсионные и разведывательные операции. Их цель – повысить напряжение до такого уровня, чтобы заставить страны пойти на переговоры и, возможно, уступки России.

МЕХАНИЗМЫ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ

Хотя основу информационных операций Российской Федерации составляет ограниченный набор методов и инструментов, Кремль проявляет высокую вариативность их применения.

Таким образом, противодействие отдельным их элементам и проявлений имеет ограниченную перспективу. Проблема прежде всего заключается в том, что мы чаще всего пытаемся действовать реактивно и реагируем постфактумно. Деконструкция дезинформации безусловно имеет крайне важное значение для понимания механизмов работы российской машины пропаганды. Однако нам необходимо больше обращаться к проактивных действий и сотрудничества в противодействии информационной агрессии.

С того момента, как Россия перешла в активную фазу проведения информационных операций для достижения внешнеполитических целей, экспертное сообщество, государственные структуры, международные организации и бизнес пытаются найти действенные механизмы для их нейтрализации.

В частности, активно развиваются системы мониторинга информационных атак для постоянного сбора и документирования случаев прокремлевской дезинформации.

Государства признают, что СМИ и сама информация являются стратегическими национальными активами. Посягательство на эти активы должны нести за собой ответственность. Кроме того, целесообразно рассмотреть вопрос о применении скоординированных санкций против иностранных должностных лиц, возглавляющих государственные органы, ведущие информационную войну.

Также положительно зарекомендовала себя практика, когда общественные организации самостоятельно или при поддержке государства проявляют фейковые новости и пропагандистские нарративы, вырабатывая конкретные методы их разоблачения.

В дополнение к приведенным выше целесообразно усиливать и другие защитные механизмы по предупреждению дезинформации.

Перспективным направлением является повышение медиаграмотности. Хорошо информированное общество, СМИ и государственные органы позволяют обеспечить большую устойчивость от иностранных кампаний по дезинформации.

Инициативы, направленные на повышение медиаграмотности, критического мышления должны объяснять механизмы информационной войны, методы противодействия разрабатываемых цели, задачи и угрозу российского информационного влияния.

С этой целью необходимо проводить целенаправленные кампании для повышения осведомленности о негативных последствиях дезинформации, образовательные мероприятия, направленные, в частности, защиту целостности избирательного процесса.

Для эффективного противодействия необходимы совместные усилия государства и гражданского общества, основанные на взаимном доверии. Именно разрушение доверия и является одним из направлений кремлевской пропаганды.

Для этого необходимо вырабатывать устойчивость перед дезинформацией – с целью противостоять внешнему давлению и фальсификациям. Это означает, что государства должны непрерывно адаптироваться к новой ситуации с помощью законодательных изменений, запускать правительственные программы повышения информационной грамотности с самого юного возраста, поддерживать организации гражданского общества, которые работают над разоблачениями дезинформации, укреплять национальные медиарынки.

Необходимо также улучшать коммуникации между властью и обществом, что позволит сделать все перечисленные механизмы на порядок более эффективными.

Еще одним эффективным механизмом противодействия является разоблачение информационных операций.

Джозеф Най утверждает, что лучшей защитой против использования авторитарными режимами «острой силы» является выявление и обнародование подобных попыток.

В связи с этим целесообразно провести разбор и описание методов воздействия, используемых Россией, а также разработать базовые сценарии противодействия им. Это упростит их обнаружения во времена политической нестабильности, особенно в период выборов.

Начиная с 2014 года шестнадцать избирательных процессов в Европе подвергшихся воздействию дезинформационных кампаний, проводимых группами, поддерживались Кремлем.

В таких условиях целесообразно перенимать наработки по выявлению и противодействию российской дезинформации, изучать тактики действий Кремля, особенно для стран, где Россия использует аналогичные механизмы.

Например, и для Беларуси, и для Украины, где Кремль эксплуатирует факторы сходства языков, наличие пограничных территорий, общность исторических моментов, информационная агрессия представляет постоянную угрозу. С целью минимизации гибридного российского влияния на медийную сферу этих стран, целесообразно создавать собственную экспертный альтернативную повестку дня.

Важно делать дальнейшие шаги по уменьшению ресурсного потенциала Кремля в информационном поле стран Восточного партнерства.

Следует отметить, что ЕС предпочитает ненормативным инициативам и саморегулированию. Основными трендами борьбы на уровне общеевропейских институтов являются:

  • оценка масштабов распространения проблемы и возможное влияние на избирательную систему и выборы;
  • активизация усилий частного сектора;
  • налаживание коммуникаций между институтами ЕС и национальными правительствами, а также координация между государствами-членами непосредственно;
  • повышение общественной и медийной устойчивости к фейковых новостей.

Хорошим примером является работа европейской сети электорального сотрудничества, объединяющая национальные избирательные органы, регуляторов аудиовизуальных СМИ, шесть органов кибербезопасности и защиты данных, а также соответствующие экспертные группы, например, по развитию медиаграмотности.

Как пишет Даниэль Барта из Центра евроатлантической интеграции и демократии, – хотя это звучит очевидно, но не так много усилий было сделано, чтобы организовать базовое сотрудничество в большинстве указанных стран региона.

ВЫВОДЫ

Последние шесть лет гибридного противостояния Россия активно совершенствует тактику своих действий, хотя ее стратегия, направленная на провоцирование и усиление противоречий в других странах, остается неизменной. Кремль всегда гибко использовал методы дезинформации, и продолжает их развивать, взяв на вооружение современные технологии распространения информации. Однако четкое понимание целей агрессора, умение предвидеть направление информационных атак Росси, использование накопленного положительного опыта в конечном итоге позволят построить эффективную систему противодействия гибридной агрессии.

Мария Авдеева, Европейская экспертная ассоциация, эксперт iSANS

источник Reform.by