ОРДЛО: назад в прошлое или реинкарнация Сталина

03.05.2020 Выкл. Автор Redaktor
ОРДЛО: назад в прошлое или реинкарнация Сталина

Международный центр противодействия российской пропаганде подготовил очередной обзор пропагандистских месседжей и нарративов, которые внедрялись на временно оккупированных территориях ОРДЛО в период с 20 по 27 апреля.

Главным событием прошедшей недели, которое вызвало наибольший резонанс, стал «указ» представителя оккупационной администрации, главаря самопровозглашенной «ДНР» Дениса Пушилина об использовании названия «Сталино» параллельно с названием «Донецк». Документом определяется, что историческое название станет «символом города» и будет использоваться три раза в год: на 9 мая (День Победы), 22 июня (начало Великой Отечественной в хронологии РФ) и 8 сентября (день освобождения Донецка от немецко-фашистских захватчиков).

Этот документ является точной копией «указа» главаря ОРЛО Леонида Пасечника от 17 апреля, о параллельном использовании старого названия  Луганска – «Ворошиловград».

Но несмотря на это, именно «переименование» Донецка подняло мощную информационную волну из-за одиозности фигуры Иосифа Сталина (Джугашвили). Общее количество жертв сталинских репрессий измеряется десятками миллионов советских людей, погибших в концлагерях или казненных во время «большого террора» против собственного населения в период с конца 20х-начала 50х годов ХХ века.

В дополнение, кроме «переименование» Донецка в Сталино, так называемое «правительство» ОРДО начал обсуждать установку, или, как они говорят, «восстановление» памятника «отцу народов» в донецком парке им.Щербакова.

В то же время, стало известно , что изображение Сталина появится на мозаиках в главном храме вооруженных сил РФ, который сейчас строится в парке «Патриот» под Москвой.

Таким образом, на временно оккупированных территориях пропагандисты РФ, как в лаборатории, тестируют внедрение идеологических трендов, ведущим из которых является необходимость «возвращения в СССР». Этот месседж имеет своей целевой аудиторией население стран, ранее входивших в состав Советского Союза. Он рассчитан не только на старшее поколение, которое родилось, и некоторое время жило во времена СССР, но и на молодую аудиторию, представителям которой российские идеологи пытаются доказать «как стабильно и хорошо было раньше, в советские времена, и как плохо и изменчиво все сейчас». Побочным к нему нарравитивом является месседж о необходимости «сильной руки» и возрождение культа Сталина – как в РФ, так и на оккупированных ею территориях.

Как правило, к таким громким информационным поводам на оккупированных территориях прибегают тогда, когда возникает насущная необходимость вытеснить с информполя «неудобный контент». На прошлой неделе таких нежелательных, но достаточно мощных инфоповодов в ОРДЛО было несколько. Наиболее резонансные из них: ухудшение экономического состояния оккупированных территорий и резкий всплеск заболеваемости новым коронавирусом в самопровозглашенных «ЛДНР».

Смерть углепрома и железной дороги: «Денег нет, но вы держитесь!»

Ухудшение экономического состояния оккупированных Россией территорий наблюдается с 2014 года. Но если раньше самопровозглашенные «республики» могли существовать за счет эксплуатации основных фондов предприятий, заводов и шахт, которые они отжали у владельцев, то шесть лет спустя их инерционное использования, без капитальных ремонтов и инвестиций в течение длительного срока, стало невозможным. Низкий уровень зарплат (как по сравнению с довоенными временами на Донбассе, так и с современными на территориях Украины и РФ), многомесячная задолженность, частичные выплаты «чтобы не умерли» – это экономические реалии оккупированных РФ территорий украинского Донбасса. Мысли о том, что Россия выжимает ОРДЛО, как лимон, чтобы потом выбросить его на помойку, появляются даже у тех, кто в 2014 году искренне верил, что РФ обеспечит жителям оккупированных территорий российский уровень зарплат и пенсий. Стагнация экономики т.н. «ЛДНР» подтверждается как постами жителей, так и официальными документами оккупационных властей.
На прошлой неделе в соцсетях появилась информация об ухудшении ситуации на «ГП« Донецкая железная дорога». Жители писали о том, что в Ясиноватой 50% локомотивных бригад работают три дня в неделю, остальные 4 дня – в отпуске за свой счет.

Но даже «счастливчики», которые имеют работу на железной дороге, получают лишь незначительную долю от заработной платы. В частности, железнодорожникам ОРДО этой неделе выдали в счет зарплаты суммы от 300 до 700 российских рублей (от $ 4 до $ 9 США).

О затруднительном положении предприятия, которое является важной частью транспортной инфраструктуры оккупированной территории, также свидетельствует отмена льгот на проезд на междугородных и пригородных направлениях, начиная с 22 апреля.

Еще одним подтверждением постепенного разрушения железной дороги является ликвидация крупного железнодорожного транспортного узла – станции Никитовка (временно оккупированная Донецкая область) и подчиненных ей предприятий и подразделений: вокзала Никитовка, локомотивного депо, пунктов технического обслуживания и восстановительного поезда.

В обращении трудового коллектива станции Никитовка, которое они просят распространить, отмечается, чтобы такое решение лишает работы целые семьи железнодорожников, многие из которых имеют несовершеннолетних детей, поэтому речь идет о сотнях рабочих и тысячах членов их семей. В обращении железнодорожники пишут, что

«С точки зрения руководства дороги – железная дорога не возродится уже никогда». Рабочие также отмечают, что «аппарат руководителей за годы войны непомерно расширился, в то время как простых рабочих по разным причинам потеряно много».

Авторы обращения также отмечают, что руководство железной дороги выбрало для сокращения трудный период –

«Когда перекрыть границы, и многие предприятия находятся на простое или закрыты. Это диверсионно-подрывная деятельность внутри республики. Кому это выгодно? », – задают риторический вопрос железнодорожники.

 

 

Не лучше экономическое положение и у соседки ОРДО – самопровозглашенной «ЛНР». Здесь речь идет об очередной «реструктуризацию», которая больше похожа на полную ликвидацию угольной промышленности, которая традиционно является источником доходов для значительной части жителей Донбасса и их семей. В распоряжении №87 от 10.04.2020 за подписью «главы правительства ЛНР» Козлова говорится о закрытии угледобывающих предприятий, в частности, «Антрацитугля», филиала №2 ЗАО «ВТС», «Углереструктуризации» и других. Отдельным пунктом в документе прописано:

«Признание задолженности, которая образовалась с 2014 года на предприятиях угольной отрасли ЛНР как такой, что не подлежит погашению».

Встревоженные такими слухами, 21 апреля 106 шахтеров первой смены шахты «Комсомольская», входящей в состав ГУП «Антрацит», после окончания работы отказались подниматься на поверхность. Они требовали возвращения задолженности за 4 месяца (с января 2020 года). Забастовка была прекращена после того, как им выдали деньги за январь-февраль и частично за март.

21 апреля представитель оккупационной российской администрации Леонид Пасечники одобрил закон №160-III «О ликвидации убыточных предприятий по добыче (переработке) угля и социальной защите их работников».

 

Очевидно, шахтеры оккупированной Луганщины не слишком поверили в перспективы «соцзащиты», так как 28 апреля началась еще одна забастовка в городе Зоринск (Перевальский район). Здесь 38 рабочих шахты «Никанор-Новая» (ГУП «Центруголь») отказались выходить на поверхность. Требования – возвращение долгов по зарплате (более полугода) и протест против закрытия шахты.

За обоими случаями – и с банкротством Донецкой железной дороги, и с уничтожением углепрома Луганщины стоит ЗАО «Внешторгсервис» Сергея Курченко – украинского олигарха, близкого к беглому експрезиденту Украины Виктору Януковичу. Именно «Внешторгсервис» является той «пиявкой», которая высасывает последние жизненные соки из оккупированной РФ территории ОРДЛО. ЗАО «ВТС» имеет исключительные права на вывоз угля и металла с неподконтрольной украинскому правительству части Донбасса. Оно не платит местные «налоги» и имеет многомиллионные задолженности перед рабочим местных предприятий.

Долги филиалов «ВТС» перед так называемым «госбюджетом ЛНР» превышают 318 млн рублей ($ 4,3), а перед «бюджетом ДНР» – почти 308 млн руб ($ 4,16). Кроме «налогов» предприятие Курченко также не платит производителям и перевозчикам за предоставленные услуги. В частности, долги «ВТС» перед угольными предприятиями ОРДО достигают 2,5 млрд рублей ($ 33 ​​млн), а  железнодорожникам ОРЛО «Внешторгсервис» задолжал 180 млн руб ($ 2,4 млн).

Но надеяться на то, что на оккупированных территориях условный «холодильник» наконец победит «телевизор», что приведет к кардинальным изменениям, не стоит. Любая протестная деятельность в ОРДЛО будет безжалостно подавлена. Еще одно доказательство тому – первым, кто приехал к бастующим шахтерам Луганщины,  были представители силовых структур – т.н. «Министерств государственной безопасности». На этот раз проблему решили, выплатив часть денег. Но когда средств не хватит, российские силовики, и их приспешники в т.н. “ЛДНР” расправляться с бастующими без сожаления.

Кроме того, у бывших шахтеров, железнодорожников и других безработных всегда есть альтернатива «трудоустройства» – вступление в ряды российской оккупационной армии. В условиях тотальной безработицы для многих жителей самопровозглашенных “ЛДНР” это единственная возможностью получить деньги для содержания своих семей.

COVID19 в ОРДЛО: «А город подумал – ученья идут…»

Прошедшая неделя была отмечена стремительным ростом заболеваний  коронавирусной инфекцией на временно оккупированных территориях ОРДЛО. «Минздравы» так называемых «ЛДНР» одновременно 22 апреля объявили о якобы первых случаях смертей от COVID19. В обоих случаях речь шла о мужчинах пенсионного возраста (60 лет в ОРДО и 74 года в ОРЛО).

Но даже такая дозированная информация, которая была согласована для потребления населением ОРДЛО, по мнению российских пропагандистов оказалась недостаточно «дистиллированной». В нашем распоряжении оказался скрин с внутреннего чата для руководителей СМИ т.н. «ДНР», в котором главный специалист отдела по связям с общественностью и протокола Галина Руднева разъясняет главным редакторам, как же нужно освещать брифинг руководительницы «Минздрава» Ольги Долгошапко о смерти пациента.

«В начале она говорит« умер человек 60 лет, который попал в больницу 17 апреля с диагнозом внебольничная пневмония и при жизни у него был взят тест, который показал наличие коронавирусной инфекции. К сожалению, болезнь развивалась очень прогрессивно и вчера этот человек умер». Этот кусок из сюжетов убираете. Даете за кадром «умер человек 60 лет, который попал в больницу с ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫМ диагнозом внебольничная пневмония, у него СРАЗУ был взят тест, который показал наличие коронавирусной инфекции. Однако, мужчина обратился в больницу уже в тяжелом состоянии, спасти его не удалось».

Итак, достойные ученики пропагандистов РФ, работающие на оккупированных территориях, овладели стандартным приемом, который широко используют их коллеги в России – замена прямой речи закадровым текстом, в котором можно «отредактировать оригинал», или полностью изменить смысл сообщения. В приведенном примере можно увидеть, как пропаганда ОРДО пытается скрыть неготовность медицины т.н. «ДНР» к борьбе с коронавирусной инфекцией. Из прямой речи “министера здравоохранения» можно понять, что тест был сделан со значительной задержкой, а лечение или не проводилось вообще, или было начато слишком поздно. В «отредактированном сюжете», одобренном «министерством правды» ОРДО, говорится о том, что врачи, якобы сделали все вовремя, а виноват сам покойник, который поздно обратился.

Но реальность, которую наблюдают жители оккупированных территорий, не так легко отредактировать, как телевизионный сюжет. Пропагандисты ОРДЛО пытаются работать на опережение, но это не всегда им удается. На том же брифинге 22 апреля руководительница «Минздрава ДНР» сообщила, что количество больных COVID19 выросло вдвое – на 31 человек (всего 68). Но еще до начала брифинга в сети появилось видео палаточного городка, который был развернут в Буденновском районе Донецка.

Жители оккупированного города высказали предположение, что он предназначен для размещения больных коронавирусом, которым не хватает места в больницах.

Эту информацию на следующий день поспешил опровергнуть глава «МЧС ДНР» Алексей Кострубицкий. Он, хотя и подтвердил, что этот мобильный госпиталь может принять 100 больных COVID19, но опроверг его практическое использование и заявил о «проведении учений». Также сообщалось, что после окончания «учений» палатки будут разобраны. Но «тренировки» затянулись, ведь по состоянию на 30 апреля они все еще оставались там.

Врачи отмечают, что для «учений МЧС» в ОРДО выбрали не очень удобное место – слишком людное, хотя на оккупированных территориях хватает площадок, где «тренировки» не были бы замечены дончанами. С другой стороны, медработники говорят, что «тренировочные палатки» расположены очень удобно, если они рассчитаны не на мнимых, а на настоящих больных. Рядом с местом «учений» расположен туберкулезный диспансер, в котором госпитализируют больных COVID19, также рядом есть морг, хотя его вместимость и небольшая. Вывод, который сделали медработники – развертывание палаточного госпиталя, который пропаганда «ДНР» пытается выдавать за «тренировки», свидетельствует о стремительном и неконтролируемый всплеске заболеваемости новым коронавирусом в ОРДО. Назначение палаточного городка – сортировочный центр на первом этапе (чтобы отделять инфицированных от здоровых), и дополнительные больничные койки – на втором этапе.

Косвенным подтверждением теории о стремительном и неконтролируемом росте числа инфицированных СOVID19 является официальные сообщения оккупационной администрации о полном закрытии Новоазовского района Донецкой области,

а также о случаях заболевания среди сотрудников таможни и медперсонала. В частности, в Торезе проведели дезинфекцию дома и подъезда медицинской сестры, у которой обнаружили COVID19. На протяжении длительного времени она продолжала ездить на работу общественным транспортом, маршрут которого проходил через городской автовокзал и рынок, следовательно могла инфицировать многих жителей.

Следует отметить, что на прошлой неделе ОРЛО, где с начала эпидемии официальное число больных коронавирусом было меньше, чем в ОРДО, наконец обогнал соседа. По состоянию на 30 апреля в т.н. «ДНР» статистика оккупационной администрации насчитывает 100 инфицированных, тогда как в «ЛНР» – 129. Конечно, реальные цифры в обоих самопровозглашенных «республиках» гораздо выше. Иначе невозможно объяснить действия «администрации» ОРЛО, которая с 23 апреля ввела строгий режим самоизоляции, который также предусматривает запрет на использование пассажирского транспорта в пяти городах «республики»: Алчевске, Брянке, Перевальске, Свердловске и Стаханове.

Ранее такие же ограничения были введены в Антраците и Красном Луче (временно оккупированная часть Луганщины). Кроме того, главный санитарный врач ОРЛО Дмитрий Докашенко сообщил о сложной ситуации в Первомайске, где насчитывается 40 больных COVID19.

А пользователи соцсетей сообщают о причине вспышки коронавируса в Алчевске – там распространителем инфекции стал человек, который вернулся на оккупированную Луганщину из Москвы, после чего имел широкий круг контактов, в том числе, во время посиделок с друзьями за бутылкой, драк, общения с правоохранителями и пребывания в нескольких больницах, включая общую палату в травматологии.

Жители Стаханова в соцсетях жалуются на блокирование города

«Город полностью закрыт. Блокпост и не пропускают. Местные знают, конечно, как выехать-въехать, но это рискованно. Пропуск только официальный проходит. По городу транспорта нет, несколько машин проехало, велосипеды и пешком идут. Ужасное ощущение. Такого еще не было. Чувствуется отрезанность от всего. На улицах практически никого. Тем не менее, магазины, обменники работают », – пишут горожане.

Пытаясь скрыть реальную ситуацию с заболеваемостью новым коронавирусом, представители оккупационной власти в самопровозглашенных «республиках» 26 апреля одновременно заявили о «комплексной тренировке сил гражданской обороны».

Таким образом, на оккупированных территориях  избрали тактику замалчивания и сккрытия информации как от собственного населения, так и от мирового сообщества.

Резюме: Информационные вбросы, которые мы наблюдали на прошлой неделе на временно оккупированных территориях, в частности, о «переименовании» Луганска и Донецка на Ворошиловград и Сталино, а также об установке памятника Сталину, имеют две цели.

Во-первых, это тестирование готовности населения оккупированных территорий (а потом и РФ) медленно, но верно двигаться «назад в будущее», образца СССР 30-50 годов прошлого века, с одновременным формированием и усилением культа «сильного руководителя» Сталина, образ которого будет распространяться также на «могучего и непобедимого» Путина.

Во-вторых, это попытка взять под контроль информационное пространство, в котором все чаще появляются сообщения жителей оккупированных территорий о реальном положении дел, в том числе, о разрушении экономики и ухудшении благосостояния, а также о неготовности медучреждений ОРДЛО к борьбе с эпидемией COVID19.

Валентина Быкова, аналитик Международного центра противодействия российской пропаганде

а